Главная Контакты В избранное
Подписаться на рассылку "Миры Эльдара Ахадова. Стихи и проза"
Лента новостей: Чтение RSS
  • Читать стихи и рассказы бесплатно

    «    Ноябрь 2018    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     1234
    567891011
    12131415161718
    19202122232425
    2627282930 
    Ноябрь 2018 (3)
    Октябрь 2018 (2)
    Сентябрь 2018 (3)
    Август 2018 (4)
    Июль 2018 (6)
    Июнь 2018 (5)

    Новости партнеров

    В КНДР провели испытания нового оружия
    В КНДР провели испытания нового стратегического вооружения, сообщает в пятницу агентство ЦТАК.В Госдуме прокомментировали попытку депутата потрогать коллегу за ухо
    Нарушений регламента работы Госдумы в попытке одного из депутатов потрогать за ухо своего коллегу нет, заявил РИА Новости замглавы комитета по регламенту Михаил Романов (ЕР).Сборная России U20 выиграла Суперсерию в четвертый раз в истории
    Молодежная сборная России одолела сборную юниорской хоккейной лиги Квебека (QMJHL) в матче ежегодной Суперсерии, сообщает "Советский спорт".

    Реклама

  • ГУСИНЫЙ ПРОЛЁТ

     Опубликовано: 13-06-2010, 13:27  Комментариев: (0)
    ГУСИНЫЙ ПРОЛЁТ
    Хороша тундра в любое время года. И в разные времена года красота эта по-своему открывается. Неправду думают, дескать, это нечто плоское и однообразно унылое, покрытое вечными мертвыми снегами. Как бы не так! Всё здесь движется и живет своей жизнью: даже ветер, даже змеящийся сквозь него снег.
    Земля в тундре - где повыше, а где пониже: и овраги есть, и русла рек, и холмы удивительные – ледяные. Весной, когда только сойдёт снег, тундра – почти черная, но не совсем, а скрасна. Так набухающие почки деревьев первыми указывают на смену времени года, наполняясь свежими соками, предугадывая собой и будущее цветение, и свежую нежную зелень. Потом начинается разлив рек, могучий и широкий - от края до края небес. Только озера долго ещё стоят недвижно под полупрозрачной тонкой корочкой льда, зацветшего всеми цветами радуги. Некоторые – синеватые, другие – коричнево-зеленые с белыми зимними прожилками…

    ВДОЛЬ БЕРЕГА МОРЯ…

     Опубликовано: 13-06-2010, 13:25  Комментариев: (0)
    Солнце кружило над её головой весь день, весь день, весь день… Она шла вдоль берега синего моря, сияющего пенными улыбками целующих её ноги и тут же почтительно отступающих волн, а за ней на влажном песке, словно в воздухе, возникали и исчезали ее следы. Будто пытались догнать её и рассказать о чём-то очень важном. И не могли – исчезали в песке, как на небе…
    Влажный, солоноватый, тёплый ветерок вился вокруг неё жизнерадостным щенком, стараясь лизнуть в щёку, а она всё уклонялась, смеясь. И лёгкие золотистые волосы, струясь, заслоняли её лицо от ветра.
    Она шла вдоль берега моря, не оглядываясь на пальмы, шелестящие невдалеке, не вслушиваясь в звуки фламенко, вспыхивающие сквозь ветер с ближайшей эстрадной площадки, она видела только край бесконечного моря.

    ПУШКИН И ДУЭЛЬ

     Опубликовано: 13-06-2010, 13:23  Комментариев: (0)
    Сегодня убили Пушкина… Сегодня! Убили!!!.. Пушкина.
    Да, я понимаю, это произошло много-много лет назад. В другой исторической эпохе. И так далее и тому подобное… Но для меня – это случилось только что. Пять минут назад. Я не помню кто сообщил. Я не знаю, как вели себя Данзас, Дантес, Геккерен и другие. Да мне и плевать на это, честно говоря. Убили поэта! Как? Почему? За что? Господи, за что нас убивают? За что нас преследуют? За что?!!
    Открылась река убийств. Тайных и явных. И доведения до самоубийства, что тоже равносильно убийству. Потому что не все ли равно: как меня убивают - пулей, голодом, клеветой, тюрьмой, одиночеством, водкой… Не все ли равно, убийство остается убийством. Пушкин. Лермонтов. Некрасов. Блок. Гумилев. Есенин. Маяковский. Мандельштам. Пастернак. Рубцов. Галич. Высоцкий… Тысячи и тысячи других, менее известных. Тех, кого довели до смерти, тех, кого залюбили насмерть, как не так давно Виктора Петровича Астафьева. Кого просто забили до смерти ногами, как несколько лет назад в январе семидесятидвухлетнего поэта, члена Союза писателей России, Ивана Захарова у нас в Красноярске. Как зарезали в Омске в центре города среди бела дня талантливейшего поэта Аркадия Кутилова...

    В ГОСТЯХ У ВЕТРА

     Опубликовано: 13-06-2010, 13:22  Комментариев: (0)
    Однажды в гостях у березки на высоком холме возле ветра собралась приличная компания: солидная туча с тремя детьми ( два дождика и ливень-непоседа), синички-сестрички, ворона-тётушка, сорока-сплетница, грибов да ягод – и вовсе без счёта – всякого вида, всё, что растёт …
    - Ну. что? – спрашивает туча, - Всех гостей сосчитали?
    - Нет, - отвечает ветер.
    - А кого не сосчитали? Что молчишь?
    - А облака? А звёзды ночные?
    - Какие облака, какие звёзды, когда я здесь? – надулась туча.
    - Только не обижайся, туча, но ты же с детьми в гостях ночевать всё равно не останешься… Им спать надо, а какой тут сон , когда вокруг столько гостей?!– ответил ветер.

    ДЕВОЧКА И БОГ

     Опубликовано: 13-06-2010, 13:01  Комментариев: (0)

    Он не знает, когда он родился и родился ли Он  вообще когда-нибудь или всегда был таким, как сейчас. Он понимает, что такое видеть и слышать. Он  видит и слышит, и знает всюду и обо всём одновременно. Вот только само время ему неведомо. За это его и прозвали бессмертным. Только это не его имя.

    Его называют  всевидящим. И всеслышащим его называют. Ему вообще дают множество имён. Только, вот незадача, имени Его не знает никто. Хотя Его зовут и зовут - каждое мгновение. А он   слышит всех,   видит всех,  знает о каждом, Он всегда где-то рядом.

    И никто из живых не видел Его лица. А Он – вот Он: и каждый день, каждый миг кого-нибудь спасает. И каждый хочет, чтобы он расслышал именно его просьбу. Потому что Он  может исполнить. Он исполняет. И Его зовут всемогущим.

    И вот однажды Ему показалось, что Он чего-то не увидел, не услышал, не знает, проспал. Странно, подумалось Ему, потому что Он никогда не спит, Нет у Него времени спать. Что поделать? У Него ведь вообще нет времени.

    Жил был у бабушки серенький козлик. И потерялся. Пошла бабуля козлика искать. Ходит она медленно. До чистого поля еле добрела. Бродят по полю вольные кони игреневые.

    – Здравствуй, бабушка! Чего ищешь? Кого зовёшь?

    – Козлика потеряла серенького, ищу вот.

    – Нет козлика в чистом поле, бабушка! А в темный лес мы не пойдём. Там волки.

    Шла бабушка, шла и до высоких гор добрела. А там псы муругие ей навстречу.

    – Куда, бабуля, путь держим? Где пропуск? Паспорт? Аусвайс? Ну-ка, назад! За линию не заступать! Проходить по одному! Гав!

    - Пустите, милые, козлика посмотреть! Может, здесь он где-то?

    - Нет у нас в горах твоего козлика. И не было. Ищи его в темном лесу. А нам туда хода нет: чужая  территория, извини.

     Опубликовано: 6-06-2010, 17:18  Комментариев: (0)

    Жил-был Бог Аллах. И пришел к нему Бог Иисус.

    - Ты кто?  - спрашивает Аллах.

    - Иисус, - отвечает Иисус, - У меня папа есть.

    И приходит третий Бог – Будда. Пришел, сел, ноги скрестил, задумался о чем-то крепко и молчит сам с собой. Хорошо  Ему.

    - Ты откуда? – спрашивает Аллах Иисуса.

    - Ниоткуда, я вечный - отвечает Иисус, - меня мама родила. А ты?

    -  И я вечный, - отвечает Аллах, - Милосердный, Всевидящий, Всеслышащий и так далее. Тут всё – моё.

    - А он? – кивнул Иисус в сторону  Бога Будды.

    - Он тоже вечный. Не тревожь его. Ему хорошо.

    Из кустов послышался  девичий смех, затем оттуда выбежал пьяненький греческий божок с маслянистыми глазами, оглядел всех,  и, заикаясь, проблеял: - Ясно, девок тут не было!

    С криком «Ух, я вас найду, найду! Ненасытные вы мои!» блеющий снова исчез в чаще веков.

    - Если Ты – Бог, и Он – тоже Бог, и даже этот, как его… ну, Ты понял, то кто же тогда Бог, если не кто-то  один? – улыбнулся Иисус. 

    - Согласен, - ответил Аллах. – Смотри.

    И они посмотрели. И Бог Будда тоже посмотрел,  не открывая глаз, посмотрел Он. Отовсюду сияли звёзды. И возле каждой звезды  слышалось своё Имя Бога.

    И Бог слышал каждого. И  видел каждого. И всё-всё знал о каждом. И каждому отвечал на его языке. И звали Его Аллахом. И Иисусом звали Его. И Буддой – тоже. И Яхве. И как только Его не звали!     Множество имён Его не имело ни начала, ни конца.   И славили всюду Его и любили . Потому что Он – Бог.

     Опубликовано: 6-06-2010, 17:13  Комментариев: (0)

    Жила-была фея, звали её все очень уважительно: Анастасия Владимировна. Возраст у неё был весьма почтенный, так все и говорили:

    -  Ого-го! Ей уже почти 12 лет! Что же дальше-то будет? Караул!!!

    Вечером грустная Анастасия Владимировна, как  обычно, подытоживала свою жизнь:

    - Ну, вот, опять меня все уважают, играть со мной боятся, здороваются, приседают передо мной, как перед самой важной дамой, так и убегают, приседаючи.  Игра у них новая такая – «присядки» называется.  Дразнят меня, несчастную, а я только в пятый класс хожу, между прочим!..  

    И решила она сразу помолодеть, потому что ей после уроков тоже охота на улицу выбежать, в присядки повеселиться. Приготовила она волшебный отвар из приседынь-травы. Заклинание произнесла:

    - Чуфы-чуфы! Мыр-мыр-мыр!...

    Тс-с-с! Мы не уверены, что нас никто не подслушивает, ведь заклинание тайное! Так и есть. Мышка подслушивала и даже на мобильный телефон снимала Анастасию Владимировну, как она колдует. Вот, бесстыжая! А, ну, брысь отсюда!

    Перепуганная мышка с мобильником заметалась туда-сюда, прыгнула на стол и опрокинула нечаянно чашку со снадобьем.

    - Ах! Я сейчас всё уберу!

    И начала она пролитое снадобье со стола вылизывать язычком, да так шустро, что для Анастасии Владимировны ни капельки даже не осталось. Мышкино пузико раздулось, а сама она вдруг начала быстро приседать и подпрыгивать, так вприсядку и ускакала куда-то. Вот весело-то. Придется опять волшебное зелье готовить. Анастасии Владимировне очень хотелось зареветь от досады, но только она собралась это сделать, как в гости зашла рёва-корова.

    Мычит рёва-корова,  свежего сена просит. Растерялась фея и накормила корову остатками приседынь-травы. Та наелась, убедилась, что сена больше нет, и тоже вприсядку ускакала. А что делать? Не оставишь же гостей без угощенья!

    Потом заяц забежал, морковки попросил. А следом коза заглянула, капусты пожевала. Так время и прошло. Смотрит Анастасия Владимировна на часы: во дворе гулять-играть уже поздновато, пора домашние уроки делать.

    Сделала. Зевать начала. Значит, спать пора. Пошла фея в свою волшебную кроватку. Быстро заснула. Еле кнопку сбоку в кровати успела нажать, как тут же и уснула. Эта кнопка непростая. От неё кровати просыпаются. Дождалась кроватк, когда её хозяйка покрепче заснет, зашевелилась и осторожненько вылетела в окно.

    Любит она ночами под луной над городом кружиться да песенки колыбельные тихонько мурлыкать, пока Анастасия Владимировна почивать изволит. Давайте, и мы не будем ей мешать, подглядывать: отойдем в сторонку от окошечка, а то вдруг проснётся. У фей сон - знаете какой чуткий? Ей-то ведь завтра в школу: хорошие отметки получать, знания свои сказочные показывать.

    Не переживайте, Анастасия Владимировна: Вы ещё очень-очень молоды, и это так прекрасно, столько всего волшебного впереди! Спокойной ночи.

     Опубликовано: 6-06-2010, 17:11  Комментариев: (0)

    Жил-был мозг. Много мозга… Кстати, много мозга – это ещё не  значит много ума, это просто много мозга и всё. Однако, мозг считал, что  раз он большой, то ему полагается думать о чем-нибудь. Не о мелочах, естественно. О великом, о грандиозном, ну, сами понимаете.

    И мозг напрягся. Напряжение росло, а вот ощущения мысли никак не появлялось. Мозг продолжал напрягаться. Начав что-то, увы, он не умел останавливаться.

    Шло время. Зимой мозг  коченел от холода, покрывался инеем и становился похожим на цельный кусок пломбира. К весне он размякал, конечно, а однажды, в летнюю жару даже  и вовсе потёк.

    Со стороны давно уже было видно, что мозгом владеет идея-фикс. И не просто владеет. Идея помыкала им днем и ночью. Она буквально не давала ему покоя. И вот как-то ближе к осени идея-фикс внушила мозгу, что он окончательно созрел, чтобы думать. К осени ведь всё созревает. Идея умолчала  лишь о том, что созревшее может и перезреть, если с ним вовремя не поработать.

    Мозг состарился, одряхлел, впал в детство.  Для него началась, похоже что последняя, не зависящая от времен года, зима. Как только идея поняла это, она хладнокровно ушла. Счастливый ничего не понимающий мозг щурил извилинами ей вслед и беспомощно улыбался.

    И тут с неба пролилось нечто сверкающее, нежное, святое. То, что не по-научному называется благодатью. И попало оно на старенький ссохшийся полупустой мозг. И сделался мозг землей. И поднялись из неё травинки. И проросли цветы. Зазеленели, зашумели деревья, запели птицы, встречая рассвет. Зазвенела, задышала земля ручьями, ветром, озерной рябью. И родилась мысль, прекрасная, как земля из космоса, и полетела она по Вселенной далеко-далеко… И смотрела земля на звезды океанами глаз своих и улыбалась доверчивой  детской улыбкой. И звезды радовались  маленькому мыслящему  живому существу по имени Земля и купались в её водах, то подрагивая на могучей влажной спине океана, то прыгая с волны на волну. И это есть. И это будет всегда. И   ничто не пропадет даром, ничьи усилия, ничьи надежды, пусть самые смешные, самые нелепые, но такие желанные…

     Опубликовано: 6-06-2010, 16:58  Комментариев: (0)

    Она отдавалась любви – легко, свободно, задорно, весело – в общем, с радостью. Её тело вздрагивало от удовольствия и по упругому животу пробегали мелкие волны... Удлинённые полуприкрытые восточные глаза её в полузабытьи сладко улыбались чему-то потаённому своему, чего не высказать и не понять никому. А губы шептали что-то удивительное, древнее , библейское ... «Хатуль, Хатуль...» - шепнула она нежно и встала с постели. Потом они обедали в ресторане . Меню изучалось недолго: голод – не тётка.У неё разгорелся буквально зверский аппетит и она поназаказывала столько вкуснейших блюд, что потом только пробовала их по чуть-чуть, подобно хохлу из анекдота, который якобы сказал: «Съем- не съем, но надкушу!». В ресторане было светло и просторно, сверкало множество зеркал, у каждого стола «на подхвате» дежурил официант в экзотических восточных одеждах.

    После бокала изумительного коллекционного вина её головка немножко закружилась от каких-то своих мечтаний.

    Кто знает, может быть, она представила себя властительной царицей в том старинном дворце, который она видела однажды на фотографии из туристического буклета, случайно попавшего в её обшарпанную комнатку в конце грязного полутемного коридора коммуналки?..

    Никто этого не знает. Но разве нельзя погрезить вот так – хоть немного? Разве это запрещено хоть одним законом?.. И теплые соленые слёзы потекли по её лицу…