Главная Контакты В избранное
Подписаться на рассылку "Миры Эльдара Ахадова. Стихи и проза"
Лента новостей: Чтение RSS
  • Читать стихи и рассказы бесплатно

    «    Февраль 2024    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     1234
    567891011
    12131415161718
    19202122232425
    26272829 
    Январь 2024 (1)
    Сентябрь 2023 (2)
    Июнь 2023 (3)
    Май 2023 (3)
    Апрель 2023 (1)
    Февраль 2023 (1)

    Популярное

    Новости партнеров

    Реклама

  • ВАГНЕР

     Опубликовано: 2-09-2023, 03:13  Комментариев: (0)
    Командор ордена Британской империи Джон Рональд Руэл Толкин, в совершенстве владевший 14 древними языками и придумавший ещё 19, в том числе древнеэльфийский квенья и первогномский кхуздул, – гениальный писатель, автор всемирно известных произведений в стиле высокого фэнтези “Хоббит, или Туда и обратно”, “Властелин колец” и “Сильмариллион” на самом деле не является автором идеи о Кольце Власти. Автором истории о Кольце Власти примерно на сотню лет раньше Толкина стал Рихард Вагнер. Его знаменитый цикл опер под названием “Кольцо Нибелунга” открывается “Золотом Рейна”. Кстати, во второй опере этого цикла – “Валькирии”, звучит сцена, которая стала визитной карточкой композитора – “Полет валькирий”. Полёт вагнеровских валькирий, начавшийся в ночь с 23 на 24 июня, как известно, завершился в небесах ровно через 60 дней…
    Впрочем, это уже совсем другая история.
    Для любителей классической музыки 19-го века творчество Рихарда Вагнера стало настоящей революцией, кардинально изменившей сами представления людей о музыкальных произведениях! Неслыханно: ради одной только постановки “Кольца Нибелунга” был специально построен новый оперный театр! Проект театра разработал лично Вагнер, с учетом акустических эффектов зала. Именно ему пришла в голову идея прикрыть оркестровую яму козырьком, дабы зрители могли свободно слышать голоса исполнителей, а не только заглушающую их музыку. Премьерные показы постановки прошли с 13-го по 17-е а августа 1876 года. С тех самых пор представления жителей всего мира об оперном искусстве изменились навсегда. Помимо музыкального фестиваля в Байройте, который ежегодно собирает лучших мировых музыкантов, существует ещё один неординарный памятник Рихарду Вагнеру: сказочный замок Нойшванштайн в горах Баварии, воздвигнутый по воле короля Людвига II Баварского в память о гениальном композиторе. В интерьерах помещений замка Нойшванштайн явно прослеживаются сюжеты бессмертных произведений композитора.
    На этом месте прервёмся. Моё повествование о Вагнере, безусловно, вскоре продолжится, но прежде хотелось бы напомнить уважаемым читателям о том удивительном явлении, на которое все мы зачастую либо не обращаем внимания, либо обращаем, но как-то вскользь, параллельно текущим своим мирским делам и надобностям, кажущимся нам гораздо более
    Интервью Эльдара Ахадова Владимиру Толстикову

    Эльдар Ахадов - российский поэт, прозаик и литературный исследователь, сопредседатель Литературного Совета Ассамблеи народов Евразии, почётный член Союза писателей Азербайджана, член российского отделения международного ПЕН-клуба, Союза писателей России, Южнорусского Союза писателей, Русского географического общества. Обладатель множества всероссийских и международных литературных наград. Автор 73 книг на пяти языках: русском, азербайджанском, английском, испанском и сербском. Книги издавались в России, Азербайджане, США, Сербии, Мексике, Индии и Египте.

    Владимир Толстиков - член Союза журналистов Москвы, педагог,главный редактор независимой открытой газеты «А» в КРУГе» - учебно-методической лаборатории детско-юношеской журналистики

    - Эльдар Алихасович, начну с того, что состоявшаяся литературная встреча с Вами в историко-художественном музее города Долгопрудный Московской области на меня и мою редакционную команду юных журналистов из «А» в КРУГе» произвела неизгладимое впечатление. Одна девочка даже свою маму и братьев с собой привела. И не пожалела. Информация на встрече с Вами была подана так, что мы были в постоянном напряжении и повышенном внимании. Лично меня потрясли, прочитанная перед зрителями «Молитва о тебе», видео «Русские», Ваш рассказ о встрече с Ангелом. И, как следствие, спустя несколько дней, возникло желание взять у Вас интервью.

    - Спасибо за тёплые слова. Готов ответить на все вопросы прямо и открыто.

    - У каждого человека свой смысл Веры. А к выводам почему-то все приходят одинаковым. Как так получается? Что является объектом Вашей веры?

    - Есть основополагающие понятия, в которые у каждого индивидуума вложен свой отдельно взятый смысл, тем не менее, приводящий к примерно одинаковым выводам. Например, понятия Добра и Зла. Все живущие убеждены, что Добро в конце концов одержит победу над Злом, как бы оно ни изворачивалось. Почему? По одной простой причине: победившая сторона при любых обстоятельствах называла и будет называть себя Добром! И правило это незыблемо.
    Именно поэтому Добро обязательно победит, а Зло непременно будет попрано. Ибо победивший присваивает себе роль Добра и всего хорошего, а побеждённому достаётся всё остальное. Второе. Одни люди верят в Бога. Другие - ВЕРЯТ в то, что Бога нет. И то, и другое по сути является верой. Те, кто говорят, что существование Бога недоказуемо, обычно «забывают» добавить, что по той же причине и несуществование Бога тоже недоказуемо!

    ТHE GENIUS OF PUBLICISM

     Опубликовано: 22-06-2023, 08:39  Комментариев: (0)
    On February 27 last year, the Heads of the Russian Federation and Ukraine received an Open Letter from Kazakhstan, which contained the following words: "World history is well aware of the development of the Slavic peoples: where, how and what happened? You have common great ancestors who laid and left you a powerful foundation unity…" The letter said that never and nowhere did any murder of some people by others make their surviving relatives more peaceful and happy. Spilled blood always causes a response. So it was and so it will be. For a thousand years, Russians and Ukrainians lived in harmony. And our Turkic peoples considered them one people. And the strength of peoples lies in friendship!.. The letter contained many fair words coming from the depths of an agitated heart. It ended with the signature: "Bakhyt Rustemov, President of the NGO "International Commonwealth of People's Diplomacy" (Kazakhstan), writer, international publicist, Kazakhstan. 26.02.2022"
    Bakhytkhozha Tulegenovich Rustemov - this name is familiar to many in different countries and on different continents. Economist, writer, journalist, international publicist, historian, theologian, translator, musician, poet... And most importantly: a courageous, sincere and wise person. He is considered practically the only journalist not only in Kazakhstan, but throughout Central Asia, who is engaged in international journalism not from time to time, but on an ongoing basis. The same is evidenced by his 30 published books and countless articles in Kazakh, Russian, English, Arabic and other languages of the world!
    Interview of Eldar Akhadov to Vladimir Tolstikov

    Eldar Akhadov is a Russian poet, novelist and literary researcher, co-chairman of the Literary Council of the Assembly of the Peoples of Eurasia, honorary member of the Writers' Union of Azerbaijan, member of the Russian branch of the International PEN Club, the Writers' Union of Russia, the South Russian Writers' Union, the Russian Geographical Society. Winner of many national and international literary awards. Author of 73 books in five languages: Russian, Azerbaijani, English, Spanish and Serbian. The books were published in Russia, Azerbaijan, the USA, Serbia, Mexico, India and Egypt.

    Vladimir Tolstikov is a member of the Moscow Union of Journalists, a teacher, editor-in-chief of the independent open newspaper "A" in the Circle", an educational and methodological laboratory of children's and youth journalism.
    In the photos:
    1. and 2. Fragments of a meeting with readers in the museum of Dolgoprudny, Moscow region
    3. Eldar Akhadov on the left, Vladimir Tolstikov on the right
    4. The vision of an Angel in the winter snow-covered tundra
    5. Little Eldar with his mother, photo of the early 1960s
    6. Icon of St. Nicholas of Myra, brought from Myra of Lycia (present-day city of Demre, Turkey)
    7. Eldar Akhadov with his mother over the bank of the Yenisei, 2010

    - Eldar, I will start with the fact that the literary meeting with you at the Historical and Art Museum of the city of Dolgoprudny, Moscow region, made an indelible impression on me and my editorial team of young journalists from A in the Circle. One girl even brought her mother and brothers with her. And I didn't regret it. The information at the meeting with you was presented in such a way that we were in constant tension and increased attention. Personally, I was shocked by the "Prayer for You" read in front of the audience, the "Russians" video, your story about meeting an Angel. And, as a result, a few days later, there was a desire to interview you.

    - Thank you for your kind words. I am ready to answer all questions directly and openly.

    - Each person has his own meaning of Faith. And for some reason, everyone comes to the same conclusions. How does this happen? What is the object of your faith?

    - There are fundamental concepts in which each individual has his own separate meaning, however, leading to approximately the same conclusions. For example, the concepts of Good and Evil. Everyone who lives is convinced that Good will eventually triumph over Evil, no matter how it turns out. Why? For one simple reason: the winning side, under any circumstances, called and will call itself Good! And this rule is unshakable.
    That is why Good will definitely win, and Evil will certainly be trampled. For the victor assigns to himself the role of Goodness and all that is good, and the vanquished gets everything else. Second. Some people believe in God. Others BELIEVE that there is no God. Both are essentially faith. Those who say that the existence of God is unprovable usually "forget" to add that for the same reason the non-existence of God is also unprovable!

    За Шушу

     Опубликовано: 25-01-2021, 11:33  Комментариев: (0)
    Наша жизнь состоит из случайностей, которые невозможно предугадать. Например, откуда было мне знать, что мой собеседник, Виктор Левченко, лежащий на соседней правой от меня койке в нашей шестиместной больничной палате, через 15 минут умрёт? А он так и сделал: говорил со мной, говорил, потом замолчал и умер. Это третий труп в моей палате номер 7 за последние несколько новогодних дней. Кроме того, ещё за двоими пришли ночью и молча увели их с вещами в ковидный корпус. Похоже, и сегодня ночью тоже кого-то уведут: ещё один товарищ резко затемпературил, захрипел и начал задыхаться. У нас хирургическое отделение, не ковидное. Как я сюда попал? Обстоятельства так сложились. Цепь обстоятельств: вынь любое звено - и всё могло бы сложиться иначе...
    Вот уже 12 лет у меня сахарный диабет. Осенью этого года он дал осложнение на ноги: начали опухать стопы. Несмотря ни на что, в условиях ограничений по ковиду я старался каждый день выходить на прогулку. Гулял возле дома. Автобусом пользовался редко: в октябре два раза и один раз в ноябре. И потому не знал о том, что с первого ноября появилось дополнительное требование властей: в маске теперь нужно было находиться не только внутри автобуса, но и на остановке. Как известно, десятого ноября при посредничестве России завершилась война между двумя государствами Закавказья. А через 12 дней, 22-го числа, мне понадобилось расписаться в бухгалтерских документах, для чего пришлось сесть в автобус и доехать до центра города. На это ушло минут 30. Оставалось дойти до остановки и уехать домой. Однако, перед самой посадкой в автобус я был задержан полицейским за то, что не надел маску на остановке и не имел при себе паспорта. Когда я показал свою именную социальную транспортную карту с ФИО и фотографией решимость полицейского задержать меня явно окрепла. На двоих других стариков без масок на остановке сержант уже никак не отреагировал. Я стал его приоритетом. В тот момент я, разумеется, понятия не имел о том, что задерживает меня волею случая (а случай - "бог-изобретатель" по словам Пушкина!) представитель национальности, только что проигравшей закавказскую войну! Задержать и наказать за что-нибудь именно меня для него, вероятно, стало идеей-премиум. Я говорил ему о том, что у меня больные опухшие ноги, что мнe нельзя их долго держать в тесной обуви. Бесполезно. Вместо часа с небольшим я провел в таком состоянии больше пяти часов. Естественно, моя болезнь от этого резко усугубилась. После того случая я уже был не в состоянии выходить из дома. Кончилось (надеюсь, что кончилось) тем, что меня увезли в хирургическое отделение больницы скорой помощи и ампутировали средний палец и часть плюсневой кости моей правой ноги.
    Я не стану ни судиться с тем полицейским, ни мстить ему. Парню всего двадцать с небольшим... А мой утраченный палец... Если это было так уж принципиально для составителя протокола: пусть считается пострадавшим за взятие Шуши. Мне для Родины пальца не жалко.
    В мае 2006 Пауло Коэльо было 58 лет. Утром 22 мая было пасмурно, днём накрапывал дождь и воздух прогрелся до +7, но с утра было не выше +4, а накануне в краевом центре пробрасывал мокрый снег. Из тамбура голубого вагона поезда Москва – Иркутск выглянул невысокого роста улыбчивый мужчина с небольшой седенькой бородкой в тёмной рубашке с очками в одной руке и компактным серебристым фотоаппаратом в другой. Поезд дёрнулся и окончательно остановился. Коэльо накинул лёгкую куртку с капюшоном, поскольку было свежо, и спустился на перрон. Было около семи утра местного времени. В половину восьмого поезд двинулся дальше, увозя писателя и его четвёртую супругу Кристину в Иркутск. Большую часть времени на перроне Красноярского железнодорожного вокзала Пауло Коэльо раздавал автографы и перекидывался репликами с местными журналистами. Посещение Красноярска бразильским писателем было отмечено газетами «Красноярский рабочий», «Коммерсант» и новостным сайтом российских железных дорог.
    «Вся наша жизнь - путешествие, от рождения к смерти. Меняется пейзаж за окном, меняются люди, меняются потребности, а поезд все идет вперед. Жизнь - это поезд, не вокзал» - делился Коэльо с читателями своим отношением к перемене мест. Большой любитель путешествий, он полагает, что для того «чтобы жить полной жизнью, надо находиться в постоянном движении, и только тогда один день будет не похож на другой. Риск одного приключения дороже тысячи дней благополучия и комфорта». И в этом я с ним совершенно согласен.
    Совершить путешествие по Транссибирской железной дороге от Москвы до Владивостока Коэльо мечтал с 1982 года. В 2006 мечта сбылась. В пути его сопровождала супруга, а также журналисты и издатели со всего мира. На сайте железной дороги после обеда 22 мая уже сообщалось о знаменитом бразильце и повествовались некоторые подробности путешествия: «…в Новосибирске один мальчик шесть часов ждал писателя возле гостиницы. Узнав об этом, Коэльо вышел к нему, обнял и пригласил на ужин в ресторан. На одной из маленьких станций Транссиба Коэльо вышел и спокойно гулял по перрону. Когда его спросили: «Пауло, все-таки ночь, Россия, бандиты! Вы не боитесь?», он посмеялся и сказал: «Я вырос в Рио-де-Жанейро, поэтому в России мне ничего не страшно. Я чувствую себя здесь практически как дома». Компания "Российские железные дороги" специально для турне предоставила писателю и сопровождающим его лицам два комфортабельных спальных вагона.. По словам Пауло Коэльо, единственным его бытовым капризом была возможность ежедневно принимать душ в поезде. Поэтому в данных вагонах имелись душевые кабины. В остальном же, как заметил писатель на пресс-конференции перед началом поездки: "важно в путешествии существовать в тех условиях, которые складываются".
    Вот как описывал то краткое пребывание Коэльо на красноярской земле один из моих старших по возрасту и опыту товарищей и учителей лауреат международной премии имени Фазиля Искандера Эдуард Иванович Русаков: «Культовый бразильский писатель, автор всемирно известных и очень популярных в России книг "Алхимик", "Заир", "Пятая гора", Пауло Коэльо прибыл в наш город проездом, совершая паломничество по Транссибу через всю страну. По нескольку дней он провёл в Екатеринбурге и Новосибирске, впереди его ждут Иркутск и Владивосток. Едва сойдя с поезда, писатель объяснился в любви к сибирякам, правда, свидание его с Красноярском продлилось совсем недолго».
    В Иркутске и на Байкале Коэльо провёл несколько дней, попробовал копченого сига, рыбные пельмени, байкальскую воду и записал следующие впечатления от озера: "Если вы посмотрите на Байкал, то увидите, что энергию создает движение. Ею надо пользоваться, как и пользоваться общением с людьми. Нужно двигаться к жизни, идти вперед. Мне понравилась самобытность этого региона, и мне приятно, что в окрестностях Байкала нет "макдональдсов" и "пиццы-хат". Поездка по Транссибирской магистрали являлась частью его "паломничества" по миру, которое началось 20 марта и завершилось 22 июня.

    ПОКЛОН УЧИТЕЛЯМ

     Опубликовано: 28-03-2020, 08:48  Комментариев: (0)
    Моими литературными учителями, проводниками в мир литературного творчества в хронологическом порядке были:
    - Галина Петровна Тихая (в мои школьные годы я посещал литературный кружок бакинского городского Дворца пионеров, 1975-77);
    - Михаил Давидович Яснов (литературная студия ленинградского горного института, 1978-83);
    - Владимир Азимович Кафаров (Баку, литобъединение «Родник», 1983 - 86);
    - Эдуард Иванович Русаков (литобъединение при красноярском городском дворце культуры, 1986 - 90).
    Даты примерные, поскольку конкретных я в те времена никак не фиксировал, но периоды жизни связаны с определённым местонахождением в определённые годы. Школу я закончил в 1977-ом году, институт – в 1983, в Красноярске живу с 1986-го.
    Каждый из учителей в первую очередь был уникальной творческой личностью, знакомившей меня с океаном русской и мировой литературы, дававшим дельные советы и являвшим собой пример служения идеалам любимого вида творчества - литературы. Судьба их сложилась по-разному: Галина Петровна покончила с собой, Владимир Азимович, уникальный поэт и переводчик, скончался после продолжительного периода болезней, Михаил Давидович, бывший в те годы ещё довольно молодым человеком, ныне – здравствующий классик мировой детской и переводческой литературы, Эдуард Иванович –наш сибирский Чехов, и поныне мой старинный друг и мудрый советчик в трудную годину.
    Следует с благодарностью упомянуть не только непосредственных наставников, но и тех служителей литературы, человеческое общение с которыми значительным образом повлияло на моё интеллектуальное и духовное развитие. В период до сентября 1978 такой личностью был для меня мой товарищ более старший по возрасту, но ровесник по духу, бакинский поэт Фархад Кадырлиев. И, безусловно, книга Олжаса Сулейменова «Аз и Я. Книга благонамеренного читателя», все годы моей юности она являлась моей главной настольной. С Олжасом Омаровичем мне посчастливилось познакомиться лично лишь спустя сорок лет, и первое, что я сказал ему при встрече - слова благодарности за ту книгу, за «Аз и я…».
    В начале моего красноярского периода жизни, безусловно, на моё творчество повлияло общение с Аидой Петровной Фёдоровой, которая часть своей жизни, как позже выяснилось, провела в Баку.
    Любое общение с такими великими писателями и личностями, как Виктор Петрович Астафьев и Тимур Касымович Зульфикаров, оставляет неизгладимый след в душе и влияет на творческий путь. С Виктором Петровичем мы познакомились в 1995 на открытии журнального офиса «Дня и Ночи» и общались время от времени почти до самой его кончины в ноябре 2001, с Тимуром Зульфикаровичем – в 2007-м, когда я прилетел в Москву на церемонию награждения победителей и лауреатов «Золотого пера Руси» в Центральном Доме литераторов, общаемся иногда и поныне, дай Бог ему крепкого здоровья.
    Низкий поклон всем моим учителям-писателям и поэтам в мире литературы. Доброго здравия всем ныне живущим. Вечная немеркнущая память ушедшим в вечность.

    ДЕДОК

     Опубликовано: 15-09-2019, 05:18  Комментариев: (0)
    Случилось это в начале 90-х. Не помню уже конкретного повода, но занесло меня однажды с коллегами по работе в саянскую горную таёжную глушь. На гусеничном вездеходе мы долго ехали по заросшей подлеском и заваленной павшими от ветра и старости деревьями всеми забытой дороге времён толи Берии, толи Хрущёва. Не проезжал там никто до нас лет тридцать-сорок точно. Ну, а мы с помощью стальных вездеходных гусениц и бензопилы "Дружба" всё же пробрались. И вдруг - избушка. А в ней дедок с ноготок чуть ли не мхом поросший. Как живет? Чем питается? Откуда взялся? Чудеса. Разговорились. Взялся он из деревни Степановки, ближайшего населенного пункта, до которого отсюда вёрст 50, если не больше. Наведывается туда изредка за солью, спичками да куревом. Всё прочее добывает в тайге: и мясо, и рыбу, и ягоды, и грибы. Ни с кем не общается, документов нет, потерял говорит, некому ему их здесь предъявлять. Так и живёт один уже не первый десяток лет. Поверили деду на слово. Почаёвничали с ним и дальше ехать собрались. Только я попрощался и вышел за порог, слышу - зовёт меня старый обратно в избушку. Одного. Ладно, вернулся. Оказывается, заприметил он у меня початую пачку "Беломора" и решил себе её выпросить. Я призадумался: нам ехать ещё неизвестно сколько, а пачка у меня единственная, последняя. Парой-тройкой папирос поделиться я был готов, но отдать всю пачку - нет. Посуровел дед, нахмурился, понял, что не отдам всю пачку, однако, не отступился, просит подумать еще раз и достает откуда-то из-под тряпья соболиную шкурку, мол, давай меняться. Я опять отказываю. Он достает вторую шкурку. Я опять - в отказ. Хмыкнул дед недовольно и достал спичечный коробок. Тяжёлый такой. Я его приоткрыл, а там - золотой песок. Прикинул навскидку: грамм сто, если не больше. Только зачем он мне сейчас, если курить нечего будет? Отказался, извинился и ушёл. Дед меня понял. Не обиделся. Ценности в тайге другие, не те что в городе. Ни с соболиным мехом, ни с золотом не сравнимые. На том и расстались.

    “ЧЕМ Я ЛУЧШЕ?..”

     Опубликовано: 10-07-2019, 21:45  Комментариев: (0)
    Возможно, для кого-то всё выглядело не так, или не совсем так. Для меня - так. У каждого - своя правда и неотъемлемое право именно её считать единственно верной точкой зрения. Всё возможно. Все мы - разные... Но один эпизод из той жизни, которым поделилась со мной в фейсбуке незнакомая мне лично женщина, никак не могу забыть. Январь 1990 года. Баку. Только что отгремела ночь на 20 января. Брат этой женщины находится в Москве. Он волнуется, потому что никак не может дозвониться до сестры. Информация, которую ему удаётся узнать, крайне тревожна и противоречива. Наконец, он дозванивается до сестры и просит её не выходить на улицу, потому что это опасно, погибли люди, в городе комендантский час, всюду солдаты, танки, возможно, где-то продолжается стрельба...Он взволнован. Его можно понять. Он – брат. И что он слышит в ответ? От слабой женщины. От своей сестры. Она возмущается: «Мы не можем сидеть в такой момент дома! Мы всей семьёй пойдём на похороны погибших!» Брат умоляет её не делать этого! «А что если тебя убьют?! Как мне тогда жить?!» И что она отвечает брату? Она говорит ему: «Чем я лучше тех, кого расстреляли вчера?» Одевается и выходит на улицу, и идёт на Плошадь…
    «Чем я лучше тех?..» Так говорили в тот день в каждом бакинском доме, в каждой семье. Я преклоняюсь перед мужеством бакинцев. На Площадь вышел ВЕСЬ ГОРОД.

    OBLIVION

     Опубликовано: 13-04-2019, 14:45  Комментариев: (0)
    Заметил: у гениев – глаза детей, а если так, то и у детей должно быть глаза гениев. Какими они вырастут – это уж как ляжет карта, но в детстве, наверное, все люди – гении. Ибо все живут настоящим, прошлого ни у кого ещё нет, да и будущее пока не напрягает. Для гениальности, как и для музыки, важен только настоящий момент, настоящее время. Невозможно быть гениальным вчера или завтра. Только здесь и сейчас. Так и музыка – это всегда сейчас, всегда настоящее. Не где-нибудь завтра, не когда-нибудь вчера. Она звучит сейчас. Не важно – слышим мы её или нет. Даже становясь тишиной, она продолжает жить и звучать…
    Я находился в небольшом магазинчике со стеклянной наружной стеной, за которой в обе стороны мелькали прохожие – такие же обитатели местного тюменского курорта, как и я. Продавщица о чём-то энергично рассказывала (вероятно, мне), сопровождая речь показом то одного , то другого товара. Но слух мой неожиданно уловил иную речь - музыкальную - откуда-то снаружи из-за призывно распахнутой стеклянной двери. Это был диалог скрипки и фортепиано, сцепившихся в вихре танго. Не произнеся ни слова, я покинул магазинчик и направился навстречу звукам неуловимо знакомой мелодии.
    Где же я это слышал? Когда? В некотором отдалении от барных столиков, за которыми густо расположились слушатели, две женщины средних лет в облегающих концертных платьях завершали исполнение очень знакомой мне музыкальной пьесы на скрипке и цифровом фортепиано. В зале было темновато, Неяркий свет мягко освещал небольшую сцену. Я заторопился сделать пару фотографий на память, не сразу сообразив, что можно снять и на видео. А когда сообразил, музыка, увы, кончилась.
    Вздохнул и, опустив голову, направился в свой номер. И тут, в коридоре перехода из одного санаторного корпуса в другой, откуда-то изнутри моей же памяти догнал меня задорный голос уличного конферансье: «Аплос! Аплос!! Аплос!!!». Вечерний Буэнос-Айрес. Центр города. Пешеходная улица Флорида, освещённая сдвоенной ниткой подвесных ламп на уровне потолка второго этажа и светом магазинных витрин. Небольшой пешеходный перекрёсток. Лысеющий худощавый брюнет в бежевом жилете с красноватым галстуком время от времени что-то быстро говорит в микрофон, а потом снова звучит музыка и страстная пара исполняет гремучее танго…
    Пары меняются. Невозможно в аргентинском климате беспрестанно двигаться в таком темпе. На месте только конферансье – всё тот же неутомимый громкоголосый зазывала-живчик. Он постоянно напоминает публике об аплодисментах. И люди аплодируют, задерживаясь на пару минут поглазеть на уличных артистов. Или проходят мимо, если нет времени. Одну танцевальную пару сменяет другая. Вот вместо джентльмена в строгом чёрном костюме и славной такой пышечки в полупрозрачном платье с разрезом во всю ногу выходит парень в чёрном пиджаке, широких синих брюках и пронзительно белых туфлях под руку с сухощавой долголицей женщиной средних лет. Танцующих дам красавицами-то не назовёшь, обычный мужчина прошёл бы мимо, не заметив ни ту, ни эту, если б они просто стояли или сидели. Но они танцуют танго. И танцуют его так, что глаз не оторвать!
    Я вспомнил эту мелодию! Это «Либертанго» Астора Пьяццолы! И понеслась моя память в далёкую осень 1979 года под крышу здания с мансардой, стоящего и поныне на одной из линий Васильевского острова в Питере. И жили в этой мансарде двое юношей-студентов – поэт и музыкант. А ещё – хозяин квартиры – 95-летний дедок с ноготок, но с папиросой, помнивший о том, как сапожничал ещё при царе-батюшке. У музыканта было детское лицо с восторженными, влюблёнными в мир вдохновенными и беззащитными глазами. А поэтом был я.
    Музыкант мечтал скопить очень много денег и приобрести на них какую-то невероятно раритетную гитару для сочинения и исполнения на ней гениальной музыки всех времён и народов. По крайней мере, он не раз делился этой мечтой с другом-поэтом. При этом лицо музыканта становилось таким неземным и светлым, словно мерцающим изнутри, как лицо юного Астора Пьяццолы.
    А затем судьба разделила друзей на долгие годы, на несколько десятилетий. И лишь во времена сотовых телефонов и сплошной интернетизации земного шара им повезло вновь обнаружить друг друга. За это время произошло много глобальных мировых событий, повлиявших и на их жизни. Исчезла их общая родина – Советский Союз. Поэт, родившийся в Азербайджане, остался в России. А музыкант, родившийся в Казахстане, оказался в Аргентине, где его основным языком жизни стал испанский. Они недолго переписывались и созванивались: поэт полетел к музыканту. И они встретились. В Буэнос-Айресе. Возле гостиницы «Салес».
    И пили мы за встречу «ерба мате» двумя бомбильями из одной калебасы. Это такой парагвайский чай — напиток из высушенных и измельчённых листьев падуба парагвайского. Бомбилья – особая металлическая или деревянная трубочка с фильтром, через которую пьётся настой. В Аргентине это слово произносят как «бомбижья». Калебаса - традиционный сосуд для приготовления и питья мате, тонизирующего напитка народов Южной Америки. Сосуды выделывались индейцами из древесной тыквы-горлянки. Познакомившиеся с напитком испанцы начали производить калебасы также из других материалов, таких как древесина палисандра, дуба, железного дерева кебрачо, а также из фарфора, керамики и серебра.
    И вспоминали мы нашу жизнь, непредсказуемую, как танго. И рассказывали о ней друг другу. У моего музыканта, как и у Астора Пьяццолы, была в жизни своя судьбоносная Надя, так звали его супругу. А Пьяццола вспоминал о своём парижском педагоге Наде Буланже: «Нади научила меня верить в Астора Пьяццоллу, верить, что моя музыка не так плоха, как я думал. Я ведь часто думал, что я — ничто, потому что играю танго в кабаре, однако, у меня есть то, что называют стилем. Но это было скорее неким сортом внутренней свободы стыдливого исполнителя Танго. Только благодаря Нади, я внезапно освободился, и с этого момента я понимал, какую музыку буду играть». Великий Астор написал опериту «Мария из Буэнос-Айреса» о смерти и воскрешении девушки Марии – духа аргентинского танго нуэво.
    Мой друг не разбогател, не приобрёл уникальную гитару и не прославился на весь мир. Прах аргентинской Марии – его юной дочери - покоится на кладбище Реколета в Буэнос-Айресе. Отец помнит о ней и носит туда цветы – «для Маши». У каждого в жизни свои потери. Толчком для создания известнейшей композиции Пьяццолы «Adios Nonino» стала смерть в октябре 1959 года его отца - Висенте Пьяццолы. Что такое потерять отца, я понимаю:
    Я сегодня речь сказать –
    Не большой мудрец:
    Этой ночью год назад
    Умер мой отец.
    Плох он был или хорош -
    Не ищу словца:
    Миг – год прошёл, как дождь.
    …Год, как нет отца.
    А что такое потерять своего ребёнка, потерять дочь – не дай Бог знать никому!..
    Пьяццола всю жизнь играл на бандонеоне. Это такая гармоника с душой виолончели. Великий Астор мечтал о том времени, когда его инструмент бандонеон станет солировать в симфоническом оркестре, а танго, как и вальсы Штрауса, будет признано явлением классической музыки. Его мечты сбылись.
    Его гениальнейшим творением считаю «OBLIVION» - «ЗАБВЕНИЕ» - музыку к кинофильму «Генрих IV». Сам Астор исполнял это произведение на бандонеоне. Но, на мой взгляд, не менее потрясающе оно звучит в исполнении виолончели хорватского музыканта Степана Хаусера. Почему эта музыка так трогает мою душу? Это очень личное: композитору удалось передать в ней сам дух давно ушедшего времени почти полувековой давности. Это - как воспоминание о том времени, которое никогда уже не вернётся и не повторится. И со смертью его носителя - исчезнет во Вселенной безвозвратно…
    Пьяццоле удалось невозможное – сохранить в мелодии и передать слушателям ощущение неуловимости и исчезновения. Когда я услышал это, то впервые почувствовал, что такое «невыносимо»… Это когда в горле такой спазм, что даже от слёз стало бы легче, но они не идут, не идут, не идут…
    «Музыка — больше, чем женщина: с женщиной можно развестись, а с музыкой — никогда. Женившись на ней однажды, вы уйдете с ней в могилу», - не раз повторял Пьяццола друзьям. И это – правда. Мой постаревший аргентинский товарищ с детским выражением глаз остался в душе тем же ребёнком-музыкантом, каким был в давние незабытые нами обоими семидесятые.
    «Вся моя жизнь» – говорил маэстро Астор, - « это Грустное танго. Вовсе не оттого, что я грущу. Нет, я счастлив, я люблю вкусную еду, хорошее вино — я люблю жить! У моей музыки нет причин быть грустной, но она грустна просто потому, что это Танго. В ней есть драма, но нет пессимизма». И мы можем сказать так же о каждом из живущих и живших на Земле. Лишь бы не случилось Забвения.
    Каждой весной в конце октября – начале ноября весь Буэнос-Айрес, как, впрочем, и вся Аргентина на два месяца погружаются в сиреневый сон. Это цветёт джакаранда. Улицы, переулки, дороги, проспекты, парки и площади – всё вокруг источает лёгкий запах мёда. Это пахнет джакаранда. Сиреневым туманом её цветов окутаны все пространства – внешние и внутренние, какие только есть вокруг вас. Джакаранда в Южной Америке – хозяйка у себя дома. И потому здесь ей позволено всё. Здесь это практически культовое растение. Затем начинаются сиреневые дожди, они смывают цветы джакаранды с деревьев и окрашивают в сиреневый цвет всё на земле и воде – газоны и бассейны, фонтаны и дорожки… а когда падают на землю последние цветы джакаранды, на ней начинают распускаться новые молодые листья. И бессмертие жизни продолжается, не переставая, из года в год. Из тысячелетия в тысячелетие…
    Аргентинское танго – джакаранда народа этой страны, то, что скрепляет людей в единое. И продолжает цвести из года в год. А значит, всё было не напрасно, и забвение не наступит никогда.